Галерея

Как лопата стала символом ЕГЭ-2019 и почему дети смеются над текстом о войне

Мемы про лопаты, песни про лопаты, футболки с лопатами  выпускники бушуют в социальных сетях с 3 июня. На экзамене по русскому языку школьникам попался отрывок из книги Виктора Драгунского «Он упал на траву», и простое орудие труда тут же стало символом ЕГЭ-2019. Дети решили, что слово «лопата» упоминается в тексте слишком часто, и разозлились на составителей экзамена, посчитав отрывок сложным. Что выпускники так и не увидели в тексте про войну, почему история с мемами безнравственна и как научиться понимать любой текст, если урок литературы превратился в натаскивание на ЕГЭ? Об этом корреспонденту «Правмира» Валерии Дикаревой рассказала Екатерина Бунеева, доктор педагогических наук, автор школьных учебников по русскому языку и литературе, создатель Домашней онлайн-школы грамотности «Всё правильно».

Дети получили низкие баллы и хотят свалить всё на текст

– Слово «лопата» стало символом ЕГЭ-2019. Директору школы в Ставрополье уже подарили на выпускном лопату, дети сочиняют песни про лопаты, в центрах фотопечати можно заказать футболки с лопатой, а мемов просто тысячи. Какое у вас ощущение от этой истории?

Екатерина Бунеева

– Ну конечно, сейчас монетизируют всё, что можно. А в этой истории с текстом есть что-то безнравственное, на мой взгляд, потому что никому не важно, что там имел в виду прекрасный писатель Виктор Драгунский, и Великая Отечественная война уже никого не интересует. А этот текст о войне! Там такие эмоции и такие важные вещи звучат! Но об этом почему-то не говорят. Никакого уважения к собственной истории, литературе, русской культуре. Выпускники увидели в этом лишь элемент самопиара, а взрослые – возможность монетизации. Это безнравственно.

– Выпускники пишут, что кому-то попался отрывок попроще, «про природу», а кому-то «про лопаты». И это несправедливо. Когда пришли результаты экзамена, у многих баллы оказались ниже именно из-за «лопат», как они считают. Что вы думаете по этому поводу?

– А, то есть они, бедные, оказались в неравных условиях. Вообще-то экзамен всегда экзамен. Одному попался один билет, другому другой.

Дети, которым попался именно этот текст, не смогли его грамотно прочитать, понять и свою мысль выразить. А когда человек не смог, он ищет причину не в себе, а в тексте.

Недавно в соцсетях девочка по поводу другого текста написала, мол, что за тексты дурацкие вы даёте, лучше дали бы близкие нам, про суицид или что-то такое. Было бурное обсуждение. А текст был замечательный, Паустовского. Она просто не смогла написать рассуждение, потому что не поняла текста, и причину этого не искала в себе. Это нормальная защитная реакция. Дети получили низкие баллы и теперь хотят свалить всё на текст.

– Тогда, может, давать современным детям более понятные тексты?

– Боюсь, и с понятным текстом не все справятся. Год назад на ЕГЭ дети и родители не поняли текст Дмитрия Быкова про «Горе от ума». Такое ощущение, что какой текст ни возьми, он никому не понятен. Потому что читать надо, ребята, думать. А вы хотите раз, два, и все тексты плохие, и учителя плохие, школа плохая, бедный ребёнок, баллы низкие, все виноваты.

– А может, мир изменился, и нам уже не надо понимать сложное?

– Куда же проще? Я после института 12 лет работала в школе учителем русского языка и литературы. И у нас каждый год дети писали сочинения. Это даже сравнить нельзя с тем, что требуется сейчас. Сейчас школьник должен написать четыре абзаца, сформулировать проблему из уже готового текста, привести аргументы и сделать вывод. Это элементарные действия. А мои ученики писали длинные сочинения на трудные темы. Им никто не давал базовый текст.

Просто мы всё время упрощаем и упрощаем, а детям всё равно всё сложно. Это неправильный и тупиковый путь – всё упрощать.

– В целом грамотно ли сформулированы задания по русскому языку на ЕГЭ, по-вашему? Вы можете оценить выбор текстов, варианты ответов?

– Понимание текста – вещь во многом субъективная. Художественный текст не может быть никогда однозначно понят. Поэтому тут всегда будут расхождения. Но сам факт, что на экзамене проверяют именно умение читать и понимать текст – это правильно. Мы живём в мире информации, если человек не умеет её воспринимать, перерабатывать и использовать, как он вообще будет жить?

Другое дело – как это делается. Нужно учить детей читать и понимать разные тексты, а не натаскивать их к экзаменам, тогда будет результат. 17-летний человек должен априори понять текст, который написан хорошим русским языком. О чём бы там ни шла речь. Он выбирает профессию, жизненный путь, несёт ответственность за самого себя. Некоторые детей в этом возрасте заводят. Как можно не уметь читать и понимать текст?

Дети пытались понять текст только умом, но важны эмоции

– Выпускник из Самары, который создал первый паблик с мемами про лопаты, удивлялся: «Неужели моё сочинение будет состоять из описания лопаты?» Чего он и другие подростки так и не увидели в тексте, а должны были?

Из соцсетей

– Есть такое понятие – грамотный читатель. Какого человека можно назвать грамотным читателем? Того, кто способен до конца понять текст и умеет вычерпывать из него все уровни информации. А очень многие дети думают, что в тексте написано только то, что написано. А это всего лишь фактуальная информация.

Но существует и другой пласт. Так называемая подтекстовая информация. То, о чём в явном виде не сказано, но читатель догадывается, опираясь на свой опыт, на контекст. Есть и третий уровень – концептуальная информация. Это основные смыслы текста, авторская позиция, идея. Автор же не говорит в произведении прямо: «Хочу сказать, что…» Это читатель вычитывает смыслы из текста, и в этом диалоге с автором суть чтения художественной литературы.

– Получается, концептуальную информацию выпускники и не уловили? Вот как они описывают проблему, которую им надо было обозначить: «Война сплачивает людей», «Влияние обычных рабочих на Великую Победу».

– Я тоже прочитала эту интерпретацию о войне, которая сплачивает людей. Но в тексте Драгунского очень много смыслов, не только этот. Как у Ю. Левитанского: «Я не участвую в войне, война участвует во мне». Это то, что в человеке оставляет след на всю жизнь, когда он делает выбор. Он не идёт на фронт и мог бы сидеть дома, но отправляется вместе с другими копать противотанковые рвы, хочет внести свой вклад в общую победу, и лопата – его оружие.

Вообще это текст про любовь к Родине, он про патриотизм. Лопаты, которые качают родную землю на своих ладонях, – это про любовь, это внутреннее состояние человека, который не может иначе, он должен защитить свою Родину.

А эмоционально неразвитые дети не поняли не только смысла, но и чувств рассказчика. У них бедное воображение, и они не смогли представить себе вот это огромное пространство и людей, мерно копающих землю, чтобы танки не прошли. Льёт дождь, глинистая тяжёлая почва, изнурительный труд. Дети пытались понять текст только умом, но при чтении художественного текста очень важны эмоции.

– А откуда такое непонимание идёт?

– Я думаю об этом очень много, давно занимаюсь проблемами чтения. До сих пор, когда с детьми читают тексты, то прежде всего и учителя, и родители спрашивают: «А что ты понял? Что хотел сказать автор? Чему учит эта книга?» Но важно, чтобы ребёнок умел ещё и чувствовать, и представлять то, о чём читает. С детьми просто не всегда правильно читают. Допустим, учитель сначала прочёл текст выразительно вслух, а потом задаёт вопросы. Откуда они берутся? Почему именно на эти вопросы ребёнок должен отвечать? У него-то эти вопросы не возникли…

А есть другие способы обучения чтению, например, технология продуктивного чтения. Я один из авторов этой технологии, которая опирается на психологические механизмы речи. Ребёнку нужно дать некие приёмы, показать, что он должен делать и как действовать, чтобы текст понять. И с ним так надо читать. Чтобы он эмоционально проживал, умел представить картину и понимал всё, о чём говорится.

– Можете привести пример такого чтения?

– Вот читаем в начальной школе стихотворение: «Шум большой в лесу стоит, не медведь ли к нам спешит?» В тексте есть вопрос: а правда, кто это в лесу шумит? Что происходит? «Это я, бормочет ёж». Мы удивляемся: разве ёжик может так шуметь, ведь «шум большой»? В процессе чтения читатель задаёт автору вопросы, предполагает ответы, а потом находит эти ответы в тексте. «Нынче тихо не пройдёшь». И опять вопрос: когда это – «нынче»? И где тихо не пройдёшь? «И под лапками мышат листья палые шуршат». А! Так это осень. Мы представляем себе осенний лес, когда каждый шаг – это шум опавшей листвы.

Ребёнку важно вовремя показать, что процесс чтения не занудный, не скучный, не для того, чтобы проблему сформулировать, а увлекательный!

Потому что это твой постоянный диалог с автором, человеком глубоким, интересным, и в процессе такого чтения ты открываешь что-то в мире и самом себе. Чтение хороших книг помогает прежде всего в самом себе разобраться.

Соотечественник – это мужчина, который собирается стать отцом

– Ну, по-моему, вы сейчас вполне типичный пример привели. Мне кажется, в начальной школе только так и учат сейчас. Куда всё это девается потом? 

– Пока ребёнок маленький – с ним читают одни книжки. А потом начинается та самая школьная программа, где много непонятных и не близких ученику текстов, которые написаны сто или больше лет назад. Если ребёнок научился читать самостоятельно и ему нравится, он будет такие тексты читать. Но если ему читать не захотелось и для него это тяжёлый труд, тогда ребёнку будет всё труднее и труднее, тексты будут его раздражать и утомлять. Как вот эти лопаты.

У многих детей нет читательского опыта, соответственно, фрагментарное мышление, бедный словарный запас, нет привычки обращаться к словарю, задавать вопросы. А очень важно понимать смысл каждого слова, чтобы он мимо не проходил.

Все знают стихотворение Лермонтова «Бородино». И там есть описание картины перед Бородинским сражением, ночью: «И слышно было до рассвета, как ликовал француз. Но тих был наш бивак открытый: кто кивер чистил весь избитый, кто штык точил, ворча сердито, кусая длинный ус». Вот слово «кивер». Дети часто думают, что это тоже какое-то оружие. Но это головной убор, металлический, цилиндрической формы, который защищал голову от ударов. И это означает, что солдат, чистящий избитый кивер, много раз побывал в сражениях, рисковал жизнью. За этим стоит огромный пласт смыслов, который часто проходит мимо ребёнка.

Или если ребёнок считает, что соотечественник – это мужчина, который собирается стать отцом, то как тогда он поймёт общий смысл предложения, где это слово встречается?

– Да, как раз хотела спросить про более простые понятия, которые детей ставят в тупик. Потому что «кивер» – это, наверное, не очень показательно. 

– Ну вот, соотечественник – это из моего опыта. Конечно, у ребёнка есть определённое чувство языка, раз он связал «отеч» с отцом, просто это чувство недостаточно развито.

Есть очень хорошее упражнение, его предлагает Генриетта Граник и её соавторы: вычитывать смыслы только из одного предложения. Чтобы ребёнок извлекал их все и не добавлял ничего от себя, видел только то, что в предложении есть. Это очень полезное и интересное занятие.

Например, такое предложение. «Он бы, наверное, закричал, заплакал, но совершенно неожиданно мать ему в поход идти разрешила». Какие смыслы есть? Во-первых, есть кто-то «он» и «мать». И если человек спрашивает разрешения, значит, это, скорее всего, ребёнок, ещё маленький. Многие взрослые, которым предлагается такое задание, говорят: мальчик хотел пойти в поход, мама его не пустила, и он заплакал и закричал. А тут-то написано: «Он бы, наверное, закричал и заплакал». Он предполагал, что мама может его не пустить, и готовился кричать, но неожиданно его отпустили. Значит, он обрадовался, а не заплакал. Больше половины людей совершенно иначе это предложение понимают. И если такое возникает на уровне одного предложения, что же мы будем говорить о целом тексте!

Фото: Getty Images

– С каким ещё неправильным или странным пониманием текста вы сталкивались?

– Я встречалась с разной интерпретацией одного и того же текста. Причём даже у взрослых. Я много работаю и с учителями, и с родителями по теме «как научить ребёнка понимать текст». Предлагаю им, например, притчу (из книги Г.Г.Граник и др.). Она о том, как лев заболел и не мог выходить из дома. И он попросил, чтобы животные пришли его навестить. Все пришли по очереди, а потом пошла лиса. Но в дом не зашла, осталась за порогом. И когда лев спросил, почему она не заходит, лиса ответила, что видит много следов, которые ведут только к его дому. И вопрос был задан: какой лев и какая лиса? Люди разных возрастов писали, что лиса хитрая, недружественная, эгоистичная, не хочет помочь больному льву. А на самом деле в тексте есть ключевое слово «только»: «только к твоему дому». И мы понимаем, что все звери к нему заходили, но обратно никто не выходил. И мудрая лиса просто не хочет быть съеденной.

– Да, тут сразу не сообразишь, посидеть, подумать надо.

– Ну, чтение – это же интеллектуальный труд. И огромное удовольствие. Но чтобы оно стало радостью, надо учиться приёмам чтения, пониманию отдельных слов, предложений, уметь вести диалог с автором, видеть скрытые смыслы.

Многие классические тексты надо читать с детьми комментированным чтением, а не отдавать на самостоятельное изучение, потому что они не всё могут из-за разрыва эпох понять. Моя мама прочитала мне в детстве «Горе от ума», ей очень нравился текст, и она хотела, чтобы я правильно его восприняла. Если родители читающие и у них есть приоритеты в чтении, они обязательно захотят какие-то вещи прочитать с ребёнком вместе.

Раньше на уроках литературы занимались литературой, а теперь подготовкой к ЕГЭ

– Могут ли тогда родители быть спокойны, если ребёнок лежит с книгой? Вдруг он читает непродуктивно?

– Если лежит с книгой и читает, они должны быть счастливы и оставить его в покое. А если не лежит, тогда надо задуматься, а что было не так раньше, и попробовать эту ситуацию изменить.

Просто когда человек любит и хочет читать, он смыслы так или иначе вычитывает. Был такой замечательный педагог и писатель Василий Андреевич Жуковский, он воспитывал царских детей. И в одной статье я у него встретила мысль: не нужно беспокоиться, если дитя не всё понимает в тексте. Те пласты, что ему доступны, он поймёт сейчас. А когда будет возвращаться к текстам на разных возрастных ступеньках, он будет понимать больше и глубже.

В каждом возрасте свои смыслы. Это нормально. За один раз невозможно из текста всё вычитать. Я, перечитывая книги, получаю удовольствие именно от открытия всё новых и новых смыслов.

– Получается, мы в начале с вами говорили о том, как необходимо понимать всё и продуктивно читать, а теперь вы предлагаете лежащего на диване ребёнка с книгой оставить в покое.

– Когда ребёнок начинает читать сам, в этом нужно участвовать. Предлагать книги, ненавязчиво, в какие-то моменты говорить: «А давай вместе почитаем», устроить себе такую традицию дома, а потом он будет читать и сам. Это процесс, который хорошо бы начать сразу правильно. Дальше пусть лежит и читает.

– Бывает так, что родители прибегают к вам за месяц до ЕГЭ и просят научить выпускника срочно понимать текст?

– Бывает, конечно. Здесь нужно понимать, что два вида речевой деятельности – чтение и письмо – связаны между собой. Ребёнок, который много и продуктивно читает, лучше пишет. Ему проще писать сочинение и формулировать свои мысли, потому что он всё время находится в контексте хорошо сформулированных мыслей умных людей.

Я могу очень быстро научить ребёнка писать сочинение. У меня даже онлайн-курс такой есть, который идёт три недели. Но результат всё равно будет разный. Да, дети освоят универсальный алгоритм. Они поймут, как создаются тексты, они будут знать, что надо сделать, чтобы текст получился. Но если ребенок читающий, у него этот текст будет в разы лучше. Он будет глубже, интереснее и полнее смыслами.

В чём ещё проблема? К ЕГЭ натаскивают. Берут какие-то тексты, которые были в прошлые годы, и начинается: а какая там проблема, какие аргументы надо привести? Не этому надо учить, а продуктивному чтению.

Учить идти по тексту, вычитывать смыслы, находить ключевые слова. Если подросток это умеет, он любой ЕГЭшный текст прочтёт и всё, что надо, сформулирует. Раньше всё-таки на уроках литературы занимались литературой, а теперь подготовкой к ЕГЭ.

– А если вернуться к лопатам… Как бы вы сами прочитали этот текст? Как его нужно было понять?

– С чего он начинается? «Что бы я ни делал, в голове моей мерно взлетали лопаты. Лопаты. Лопаты. Лопаты». Почему так часто это слово повторяется? Возможно, их было много, очень много… Дальше – они «погружались в мягкую глинистую почву, сочно чавкающую под режущим лезвием»… Если почва чавкала, значит, глина была мокрая. То есть люди копают мокрую глинистую землю, и те, кто хоть раз это делал, могут представить себе, насколько это тяжёлая работа. Информация постепенно накапливается по мере чтения текста. Явно же не сказано, что шёл дождь, а мы догадываемся. Это подтекстовая информация.

Дальше. «Они отрывали комья, цепляющиеся за родной пласт». Слово «родной» здесь очень важно. «Они несли на себе землю, эти непрерывно движущиеся лопаты». Вот встаёт перед глазами картина: много людей непрерывно копают землю. Возникает вопрос – зачем, где это происходит, почему? И дальше интересно как написано: «Они качали землю в своих железных ладонях», а на ладонь больше похожа совковая лопата, а она ещё тяжелее. И кого обычно качают? Мама качает ребёнка. Что-то такое ласковое и нежное. А это земля. Тяжёлая, глинистая, на огромных лопатах. Шлёпали по земле, рубили, дробили, терзали, поскрёбывали – вот эти глаголы ключевые тоже. Люди землю, родную и нежную, терзали. Почему?

«Мы держались за эти лопаты» – и пока непонятно, кто это «мы» и где происходит действие. И если я держусь за что-то – это значит не хочу и боюсь отпустить. Почему? «Это было единственное наше орудие и оружие». Слово «орудие» относится к труду, а «оружие» – это уже война. «Мы отрыли красивые ровные и неприступные ни для кого танковые рвы». Вот оно, ключевое слово, ответ на все вопросы. Люди копают противотанковые рвы. И становится понятно, где и когда это происходит.

На строительстве рубежа обороны. 1941 г.

И дальше важный по смыслу момент: «Эти лопаты, любовь к ним и ненависть крепко сплотили нас, лопатных героев». Для них лопаты были оружием, так они сражались с врагом, любя своё оружие. И ненависть, причём не сказано, к кому, но нам понятно, что к врагу. Почему лопатные герои? Потому что они тоже свой вклад внесли в эту победу. Два образа: лопата как оружие и родная земля, которую терзает война. И они тоже вынуждены её терзать. Это совершенно замечательный текст, который грамотный читатель должен был прожить эмоционально. Дальше понятно, что очень разные люди, которые не могли пойти на фронт, вносили свой вклад в победу. И насколько же нужно эмоционально не почувствовать текст, чтобы сделать его предметом осмеяния и средством самоутверждения.

– Вас часто дети спрашивают: зачем мне читать, зачем понимать тексты? Что вы отвечаете?

– Этот вопрос мне и дети, и взрослые задают. Тексты нас окружают повсюду, мы с вами говорим, а это тоже текст. Я спрашиваю: ты же хочешь, чтобы тебя понимали окружающие, хочешь быть успешным, иметь семью, быть в хороших отношениях с детьми и родителями, с друзьями? Этого нельзя добиться, не умея понимать тексты: устные, письменные. Не умея понимать то, что тебе сообщают другие люди.

У моего коллеги учился мальчик-спортсмен, который сказал, что не понимает, зачем ему читать, он играет в футбол, и литература ему не нужна. А учитель ему ответил: «Хорошо, сейчас тебя возьмут в какой-нибудь клуб, дадут контракт, ты его должен прочитать: что тебе предлагают, какие права и обязанности, что делать в сложных ситуациях. Ты должен каждое предложение понять, прежде чем подписать. От этого зависит твоя будущая карьера, жизнь». И этот пример на ребёнка произвёл очень сильное впечатление. Он захотел научиться понимать тексты и стал заниматься.

Источник: https://www.pravmir.ru

Просмотры (19)

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *